«Мне и Пушкин — целый мир»

Вводящая в заблуждение новость под заголовком «В Узбекистане хотят штрафовать за язык Пушкина», опубликованная на «Вести уз», является, честно говоря, вопиющей клеветой, а в переводе на современный язык не чем иным, как провокацией. Потому что, если в Министерство юстиции Российской Федерации я напишу письмо на языке Навои, то точно знаю, на каком языке получу ответ. Неоднократно становилась свидетелем этого, посещая Россию во время командировок. При этом в законодательстве России, как и в законодательстве Узбекистана, предусмотрено право обращаться в государственные органы и органы управления на желаемом языке, и в свою очередь, органы обязаны предоставлять гражданину ответ на языке поданного обращения. (Статья 15, части 4-5 Закона «О языках народов Российской Федерации», Статья 6 Закона Республики Узбекистан «Об обращениях физических и юридических лиц»).

Аналогичная ситуация наблюдается и в некоторых странах, придерживающихся принципов толерантности (гуманности). Другими словами, обращаться можно на языке Навои, и установлено отвечать гражданину наряду с государственным языком по возможности на языках народов той страны. Следовательно, в законодательстве обоих государств вопрос толерантности в обращениях граждан предусмотрен. Однако, будет правильным, если уважающие себя люди, отправляясь на работу в другую страну, выучат язык этой страны. Ведь узбекских трудовых мигрантов тестируют на знание русского языка и российской истории, даже законодательства! А численность узбекских трудовых мигрантов в России превышает более 2 миллионов человек. В нашей же стране для около 1 миллиона наших граждан, относящихся к русской национальности, отсутствуют какие-либо требования по изучению узбекского языка.

В Узбекистане созданы достаточные условия для развития не только русского языка, но и для языков всех народов, проживающих здесь. Система образования нашей страны основана на ценностях толерантности, именно потому образование ведется на 7 языках. Однако не является новостью, что до недавнего времени русский язык преобладал в делопроизводстве в органах государственной власти и управления, а также в нашей повседневной жизни. Мы вынуждены признать: стало обыденностью, что два узбека общаются на русском языке. Так как в нашей стране, цитируя Эркина Вахидова «отвечать на узбекское приветствие по-узбекски» было проигнорировано в течении многих лет.

Продолжая мысль, предложение об установлении ответственности за неведение делопроизводства на государственном языке считаю справедливым. В РФ законодательные документы ведутся изначально на государственном, то есть на русском языке, и это считается нормой. В этом случае возникает естественный, логический вопрос. Почему Узбекистан должен спрашивать у кого-то разрешения для использования правовых возможностей, применяемых во всем мире в свободном доступе? Значит, если документ не на государственном языке, а на другом – языке Пушкина, Данте, Гете … или Черчилля … – независимо на каком языке, он не будет обсуждаться. Предложение Министерства юстиции, что должностному лицу государственной организации, в которой делопроизводство не отвечает законам о государственном языке, будет наложен административный штраф, является важным шагом в языковой политике государства впервые за 30 лет.

Возвращаясь к надрывающим горла, как попугаи, некоторым коллегам из «Вести уз», хотелось напомнить резкие, но при этом справедливые высказывания сражавшейся за свой язык интеллигенции России в XVIII-XIX веках, когда считалось несчастьем быть русским, а интеллигенция была вынуждена не только писать на французском языке, но и думать.

1. Манучехр Мирзаев Вилоят, [19.05.20 10:03]
«Господи помилуй! да будет ли этому конец? долго ли нам быть обезьянами? Не пора ли опомниться, приняться за ум, сотворив молитву и, плюнув, сказать французу: „Сгинь ты, дьявольское наваждение! ступай в ад или восвояси, все равно, – только не будь на Руси“» (Ф. В. Ростопчин).
Действительно, не напрасно и Пушкин был вынужден свои первые поэтические эксперименты писать на ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКЕ. Даже если русский язык был дорог Пушкину больше жизни… Сегодня же его именем закреплен государственный статус… Однако, для меня, обычной дочери узбекской земли, несомненно ближе и приятнее истина, рассказанная нашим выдающимся поэтом:

Менга Пушкин бир жаҳону,

Менга Байрон бир жаҳон.

Лек Навоийдек бобом бор,

Кўкси осмон, ЎЗБЕГИМ. (Э.Вахидов)

Мне и Пушкин — целый мир,

Байрон — мир ещё один,

Но мой предок Наваи

гордост, сердце — я узбек.( перевод Николая Илина)

Раз уж так, не будем забывать, что язык является нашим богатством, и первое условие для его прогресса начинается с правильного понимания и верной интерпретации новостей, связанных с его развитием. Вывод следует изменить: У нас предусмотрен штраф не к языку Пушкина, а к тем, кто неверно истолковывает (интерпретирует) информацию.

Ответ официальному представителю МИД России Марии Захаровой

В апреле этого года Министерство юстиции Узбекистана опубликовало для обсуждения законопроект о внесении изменений в Кодекс об административной ответственности.[1]

В кодексе предлагается дополнить частью 2 статью 42 (нарушение законодательства о государственном языке).

Предлагаемая часть 2 предусматривает наложение штрафа на должностных лиц от 2 до 5 БРВ (от 446 тысяч до 1,115 миллион сумов) за несоблюдение требований законодательства о государственном языке в работе государственных органов и организаций.

14 мая на брифинге официальный представитель МИД Российской Федерации Мария Захарова прокомментировала вышесказанный законопроект в Узбекистане.[2]

Это не простой комментарий МИДа РФ, а прямой сигнал из Москвы руководству Узбекистана, с целью напомнить окончательную и чёткую позицию Кремля по данному вопросу. Слова из уст Марии Захаровой подтверждают это предположение:

«Однако недавно появилась информация о подготовленном Министерством Юстиции Узбекистана законопроекте, который предусматривает систему штрафов для должностных лиц, которые не обеспечивают ведения работы на государственном – узбекском языке. Таким образом, вопрос формулируется, получается в случае принятия закона, чиновников будут штрафовать за использование русского языка в официальном обиходе».

В случае утверждения данного законопроекта, чиновники и государственные служащие Узбекистана будут штрафоваться за использование не только русского языка, но и любого другого иностранного языка тоже. В предложенном законопроекте русский язык не упомянут вообще и весь подвох здесь, заключается в том что, определенные лица или учреждения целенаправленно отвлекают наше внимание от главного и акцентируют его на незначительном, второстепенном. Ведь данный законопроект ориентирован на укрепление государственного языка на официальном уровне, а не на ущемление языков меньшинств. Почему американцы или же китайцы не возмущаются тем, что государственные органы Узбекистана не ведут делопроизводство на английском и китайском соответственно? Или почему официальный Душанбе молчит, ведь таджиков в Узбекистане больше чем русских? Геополитический мотив здесь очевиден.

«Мы обратили внимание на полемику в средствах массовой информации, вызванную данным законопроектом. Складывается впечатление, что его сторонники в явном меньшинстве. Большинство комментариев свидетельствует о сохранении русского языка в официальном обиходе, что в полной мере соответствует духу истории, времени и качеству двусторонних отношений. А главное — интересам самих граждан Узбекистана, которые зачастую делают выбор в пользу учебы и работы в России»

1. Манучехр Мирзаев Вилоят, [19.05.20 10:03]
Здесь возникает вопрос – насколько правильно и конструктивно судить об общем мнении и позиции 34 миллионного населения, судя по не более тысяче комментариев в социальных сетях, половина которых плоды троллинга? Эта позиция удивительна и тем, что она звучит от стороны, которая требует от трудовых мигрантов знания не только русского языка, но и истории России, не говоря уже о ведении делопроизводства на государственном языке. Узбекистан не требует пока знания узбекского языка, тем более истории Узбекистана, и в этом контексте, он, скорее всего, имеет право на ведения делопроизводства на государственном языке?

«Я хотела бы отметить, в соответствии с имеющимися обращениями по инициативе узбекской стороны ведется активная совместная работа над созданием полноценной программы обучения русскому языку в Узбекистане. В частности, планируется увеличение количества поставляемой учебной литературы по русскому языку, открытие дополнительных учебных центров, направление специалистов в центры, увеличение бюджетных и квотных мест в российские вузы для узбекских студентов».

«В ходе состоявшихся визитов в Узбекистан российских представителей в 2019-2020 годах говорилось о стремлении узбекистанской стороны расширить возможности для изучения русского языка, его использования, в том числе в целях повышения конкурентоспособности национальной экономики, создание в стране образовательного регионального хаба».

Эти слова Марии Захаровой убеждают и Москву, и русскоговорящее население Узбекистана о том, что нет причин опасениям и тревоге. Как сказано официальном представителем МИД Российской Федерации Марией Захаровой, — «по инициативе узбекской стороны ведется активная совместная работа над созданием полноценной программы обучения русскому языку в Узбекистане». Эти слова открыто и прозрачно говорят о том, что узбекская сторона сама выступает с инициативой развития русского языка в стране, делает шаг навстречу и никак не оттесняет его. Количество филиалов российских вузов в Узбекистане достигло десяти. Только в 2019 году были организованы шесть филиалов российских вузов.[3]

Как видно слова и цифры говорят сами за себя.

Фируза Мухамеджанова

Заместитель председателя демократической партии Узбекистана «Миллий